Девочки-подростки

Целевую аудиторию модельеров тем временем составляли “юноши и девушки от 14 до 28 лет” - легко угадываемый комсомольский возраст, по истечении которого все вольности в одежде заканчивались. Дальше вопрос собственного стиля решался в зависимости от избранного пути, но в любом случае это была спецодежда, только для каждого своя - для руководящих партийных или хозяйственных работников, для тружеников села, промышленности, здравоохранения…

Такого понятия, как “человек вырос из своей одежды”, в обыденной жизни не существовало. Вырастание было исключительно возрастным - молодость закончилась, началась строгая взрослость. Но когда границы открылись и на рынок хлынул поток товаров, поначалу мутный поток, который со временем становился все чище и прозрачней, оказалось, что до своей одежды еще нужно дорасти.

По мнению Константина Андрикопулоса, директора мужского департамента “Bosco di Ciliegi”, “спроса ни на мужскую одежду, ни на какую другую не существовало. У людей просто не было информации, и они не знали, что и с кого спрашивать. Мы спровоцировали спрос, мы привезли в Россию новости моды, качество и цвет. Хотя не всегда были уверены, что нас понимают и принимают”.

Первым делом москвичи бросились на все яркое, и это инстинктивное, неосмысленное движение к цвету по времени совпало с появлением коллекции малиновых пиджаков Gianni Versace. Но только в Италии эта мода появилась и прошла, а в России задержалась на несколько лет. И уступила… снова серости.